Дорогая Наталья! Ознакомясь как-то с данной книгой, у меня ЛИЧНО возникли большие вопросы и опасения, что написанное может оказаться чем угодно, в том числе и тем желаемым, которое занимает место действительного. Само устроение этого сборника настроено на чудесность, а вот критичности я не уловил. Отсутствие критичности порождает две беды. Об одной я уже сказал — желаемое за действительное. Вторая же — неумение различать чуда от Бога и чудо бесовского происхождения (античудо); причем это, мне кажется опасней первого. Так мы в конце концов можем встать в один ряд с кашпировскими, коноваловыми, грабовыми и им подобным. В это очень легко впасть, если чудо ищется, а здесь мы именно это и наблюдаем. Я как-то видел «чудо» некогда известной бабы Нюры (она, кстати, «чудотворила», выставляя на сеансах икону и крестясь), когда люди ставились в такое положение, когда либо ты должен уверить и себя и других, что произошло чудесное исцеление, либо можешь быть жестоко поруганным.

Я не утверждаю, что все описанное в данной книге неправда и не от Бога, но по указанным причинам не могу всецело доверять написанному в ней. Вы правильно охарактеризовали ее: душевная. Душевная, а не духовная. Я бы здесь вспомнил «О прелести» свт. Игнатия (Брянчанинова).

Дай нам всем Бог трезвомыслия, дабы не запутаться в чудесах.

Здравствуйте, Юлия. По установившейся традиции крестными НЕ должны быть муж и жена, жених (другими словами — «молодой человек») и невеста.

Может. Если невеста согласна, что будущие ее дети будут воспитываться (соответственно и крещены) в Православной вере.

 В Русской Православной Церкви эта практика известна с времен Петра I, когда в России появилось немало лютеран после русско-шведской войны. На данный момент это зафиксировано в в Основах социальной концепции Русской Православной Церкви, принятой в 2000 г. (этот документ можно найти на этой страничке): возможно «совершение браков православных христиан с католиками, членами Древних Восточных Церквей и протестантами, исповедующими веру в Триединого Бога, при условии благословения брака в Православной Церкви и воспитания детей в православной вере».

Я не знаю никаких правил, запрещающих крестить в троицкую родительскую субботу. Единственное, что я могу предположить о «некоторых храмах»: день очень насыщенный, поэтому не во всяком храме найдется в этот день свободный священник, который мог бы покрестить.

Бог Вас да благословит, Илья.

Боюсь, что и мои ответы могут оказаться невразумительными.

Почему кольцо носят на правой руке? — Традиция. А когда дело касается традиций, то доскональных объяснений, удовлетворяющих всех, вряд ли возможно найти. Эту традицию можно объяснить «правильностью» правой стороны. Помните? — десная (правая) сторона в библейском контексте предпочтительней. Кстати, о Божием благоволении именно к одеванию кольца (точнее — перстня) на правую руку мы находим еще в Ветхом Завете (см. Иер. 22:24). Католики, кажется, предпочитают левую руку, и популярные объяснения толкуют это близостью к сердцу. Так или иначе, какого-то принципиально важного, вероучительного момента в этом нет. О кошке и собаке. Собака не просто не может зайти, но не может, потому что скверное, нечистое животное. Что за «скверна» такая – здесь ответы могут варьироваться. Скверна эта проявляется в видимом порой довольно беззастенчивом «безнравственном» поведении животного. Конечно, нравственность по отношению к животному приложимо весьма относительно, но ведь и нравственные правила-законы пишутся людьми и по отношению к людям. Другое объяснение этой скверны – в обычной гигиене. Вот это – скорее всего. Собака, как утверждается в Библии, «возвращается на блевотину свою» (Притч. 26:11; 2Пет. 2:22); есть и другие весьма негигиеничные поступки, о которых, думаю, кинологи могут поведать немало. Думаю, негигиеничность плюс «безнравственность» и могли в результате привести к «скверному» итогу. Кошка в этом более деликатна, поэтому ее более охотно допускали в помещение, нежели собаку. Однако закон нечистоты – это ветхозаветная норма, а отнюдь не христианская. Увы, нас так и тянет вернуться к ветхозаветной букве, в том числе и к правилам чистоты-нечистоты, и это касается не только животных, но и людей. Поэтому я бы искал ответ в кошачье-собачьем вопросе не в некоей духовной грязности собак и какой-то особой одухотворенности кошек, а на почве гигиены и соображений деликатности.

Вообще же, боязнь собак свойственна язычеству (уж не знаю — почему), так что и этот момент мог сыграть определенную роль, как, к прискорбию, нередко бывало и бывает в истории Церкви. Бытовые запреты со временем нередко принимали форму какого-то мистического табу. Поэтому и возникают «толкования», что с появлением собаки в храме или дома уходит благодать или еще что-либо подобное.

Что в этом проявляется не настоящая вера, а вера всуе — суеверие, может говорить тот факт, что на печально-известном Ферраро-Флорентийском Соборе — православно-католическом — в храме у ног византийского (православного) императора сидел пес, который, кстати говоря, единственный возвысил голос, когда читался текст унии.

Воистину воскресе!

 В общем и целом я согласен с приведенной Вами цитаты святителя Феофана. Однако если литература — Ваша потенциальная профессия… Вопрос тогда надо ставить так: учиться или не учиться на филолога. Вот этот вопрос, мне кажется, и надо Вам решить со своим духовником, потому что его запрещение читать Вам (именно Вам) художественную литературу практически равнозначно запрету быть филологом. Это подобно тому, если музыканту запрещать слушать классическую музыку, а художнику — ходить в музеи, — ведь не вся классика и не все картины несут в себе добро. Но прислушаемся еще раз к словам свт. Феофана Затворника: «Когда кто из прочитавших благонамеренных людей порекомендует какую повесть, можете прочитать». Кто эти «благонамеренные люди»? Потенциально таким человеком можете стать именно Вы. Не имея возможности (да и желания) читать художественную литературу, я в чем-то прислушаюсь к известным мне православным филологам, которые ее все-таки читают. А ведь если есть эти «благонамеренные люди», значит все-таки свт. Феофан допускает, чтобы кто-то эту литературу читал.

А видымые противоречия появляются тогда, когда частности применяют к общему — сказанное конкретному человеку в конкретных обстоятельствах выводят в общее правило. У Свв. Отцов (в том числе и у свт. Феофана Затворника) есть немало рекоммендаций, высказанные конкретным людям. Также есть разные духовные уровни: если для одного человека нечто прочитать (послушать, сделать) это шаг вперед, то для другого — назад.

Так что, повторяю, выяснить Вам надо принципиально: быть филологом или нет.

Помоги Господь избрать правильный путь!

1) Празднование Пасхи длится вплоть до праздника Вознесения Господня, т. е. почти 40 дней.

2) Субботы принципиально не считаются по своей сути постными днями, как и дни воскресные.

Христос воскресе, Андрей!

Не знаю, в чем неуместность этого вопроса, хотя он не из самых приятных.

Как я могу относиться к тому, что люди так крестяться? С грустью, с горечью… Что я могу еще сказать? Мне жаль их. Потому что они не понимают главного, и это главное от них остается сокрыто. Могу еще добавить, что немало знаю случаев, когда человек жалел о том, что некогда покрестился кое-как («шел мимо — дай покрещусь» или ради «помпы», «престижаа», «праздничка, или потому что «традиция», «все крестятся»). С другой стороны, если помнить о нашем действительно непростом времени, может, иначе было бы еще сложнее, а так зерно Христовой веры все-таки упало пусть и в еще непросвещенное сердце. Однако я за нормальное вхождение — это, все-таки, правильней.

На счет энергии храмов… Неблагодарное занятие взвешивать Божественную благодать. Могу ответить так. Каждый человек — образ Божий. Однако в ком-то мы эту причастность Богу мы видим явно, а в ком-то — попробуй ее найди. Есть святые, а есть иные. Намоленность храмов, — думаю, такая вещь есть. Но она зависит от людей. Поэтому любой храм может быть намоленным — древний или новый, маленький или соборный. Главное — чтобы заходящие в него действительно молились. И от святой жизни людей остается не только некая «память», но и их дух, поэтому не даром существует и такое понятие, как «святые места». Но также, я думаю, как в любом человеке можно все-таки увидеть образ Божий, так и в любом храме — доме Божием — можно почувствовать особое присутствие Божие, все зависит от человека. Кроме того, у каждого человека есть свои, скажем так, «пристрастия»: один любит молиться уединенно и предпочитает «камерные» церковки, а другой более общителен и ему удобней большой собор. Так что я не стал бы очень увлекаться поиском намоленности, а посоветовал бы больше намоленности взращивать внутри себя (мы же тоже названы храмами Божьими), тогда, кстати, намоленных храмов станет больше.

Помощи Христовой в искании Бога,

о. Димитрий

Спасибо, Марина, за поддержку, за участие и за молитвы (в том числе и о том, который прилагает усилия к поддержке этого сайта, несмотря на все трудности). Я сообщу Георгию.

Отвечаю по пунктам.

1. Ответный вопрос: а были ли крещены родители у самых первых христиан? Ответ, кажется, ясен. Единственное «но» может быть в отношении младенцев, но это и логично: маленький ребенок чаще всего полностью зависим от родителей и от их взглядов. Однако 16 лет — это уже достаточный возраст для построения личных отношений с Богом.

2. Полностью согласен с такой постановкой: ко крещению необходимо готовиться. В древности готовились даже по несколько лет. Это называется катехизацией или оглашением. Сейчас катехизический срок бывает разным: где год (например, у нас в Санкт-Петербурге в Князь-Владимирском соборе очень крепкие катехизические курсы, где такой срок бывает), где 2—3 недели, где считанные дни. Но все-таки оглашение должно быть. Друг явно не был готов ко крещению, поэтому алтарь для него оказался некиим местом, «куда сходит Господь Бог» (видимо, это был момент воцерковления, в самом конце). Увы… Многие, став действительно церковными людьми, потом очень жалеют, что покрестились подобным образом — ничего толком не понимая. Увы… Но часто люди сами не хотят ничего знать, относясь ко крещению, как к некоему «праздничку», «традиции» или даже магическому обряду — крестятся, чтобы легче жилось. В общем, отношения, наподобие магазинных: подешевле и попроще. У нас, например, крещений из-за этого не так много. Приходит (или звонит) человек и в 1-ую очередь зачастую спрашивает, сколько стоит. Я порой отвечаю, что таинство бесценно. Человек напрягается, видимо, думая, что сейчас батюшка заломит цену. Поясняю: так бесценно, что и цены-то нет, т. е. бесплатно; если же человек что-то хочет пожертвовать, это его личное дело и совсем необязательно. Пришедший (звонящий) расслабляется и готов креститься хоть завтра. Но ту ему начинают докучать вопросами: а понимает ли он? а читал ли он? а есть ли крестные? а они действительно верующие или так — кое-как?.. И часто человек предпочитает попытаться найти место, где бы отдал какую-нибудь пусть и солидную сумму, но чтобы без всяких поучений и побыстрому… Увы. Мне кажется, это наследие советского времени, когда было не до оглашения, когда крестили поистине в катакомбных условиях, рискуя жизнью.

Что касается полного погружение, то это было бы очень хорошо, но, к сожалению, не всегда возможно по техническим причинам. В таких случаях допускается крещение через обливание. О мясе, — вероятно, речь идет о посте. Пост может быть разной продолжительности. Например, в древности традиционно крестили к Пасхе и на Пасху: человек готовился (в том числе и постился) весь Великий Пост, а потом крестился, чтобы встретить Великий праздник полноправным членом Церкви.

А со «слышал» надо действительно быть очень осторожным: часто система наподобие ОБС (одна бабушка сказала) распространяет такую информацию, что в ужас приходишь.

3. Я бы не старался в совпадениях дат искать мистические параллели — опасно. Что же касается самих бабушек и их отношений с Богом, то напомню Евангелие. Есть две евангельские заповеди: 1-ая и основная — возлюби Бог, 2-ая и только подобная — возлюби ближнего. Так что главная оценка — это все-таки отношение с Богом. Можно делать все вторичное, но — «единого ты не докончал», одного, но самого важного. Однако я не могу их судить — Бог им судья. Но призвал бы молиться за них крепко. А на счет ходящих смиренно в храм грешников спрошу: кто лучше — тот, кто может исправиться, но не делает этого, или тот, у кого сил вроде бы нет, но он все-таки худо-бедно пытается. Так что вопрос в том, старается ли человек или нет идти к Богу через тернии грехов. А грешники — так все мы грешные! Еще в Ветхом Завете Бог сказал: одежда праведного (с человеческой точки зрения живущего честно и благородно) предо мною, как испачканная одежда. И разница между грешниками такова: один действительно кается, другой же по-настоящему не кается или не кается вообще, — а «все же грешим» все мы.

4. А я уверен — креститься надо. Другое дело, что — еще раз выражу согласие — лучше осознанно, а не формально. На счет же неуважения «многовековой религии» спрошу: а что такое «соблюдать абсолютно всё, что полагается соблюдать православному христианину»? Боюсь, что за этими словами стоит фарисейский подход — соблюдение по букве, а Христос-то учил верить по духу, отправной точкой чего является любовь — к Богу (к конкретному Богу, а не к некоему богу вообще) и к людям, такая любовь, какую проповедовал Христос (но здесь правильней просто почитать Евангелие — те места, где говорится о любви). Но то, что есть такая боязнь — это очень хорошо; скажу даже вещь, которая может показаться парадоксальной: именно на основании этой боязни я говорю о большой готовности ко крещению — так и надо подходить к вере: серьезно и бережно. А по поводу «всех», которые «как бы верят», — Бог им судья. Но если, скажем так, в гости к Богу заходят те, кто Его совершенно не ценит, то это ведь не дает основания не приходить к Нему тем, кто действительно серьезно к Нему относится, правда? Так что оскорблять Бога формализмом действительно не стоит, но ошибка здесь в том, что под неформализмом понимается некий набор правил.

 В общем, еще раз повторю: Андрей, ты гораздо более готов быть среди верных чад Божиих, чем тебе кажется? Может быть, и совсем готов, но так, заочно, сказать не берусь.

Прощение же просить не стоит: в данном случае совсем не за что. Я буду рад помочь ликвидировать незнание — это не самое сложное в вопросах веры.

Помоги Бог стать другом Божиим. О. Димитрий.

Здравствуйте, Марина!

Вы сами почти ответили на свой вопрос. Если пройти мимо «совестно и страшно», то… — ответ напрашивается сам собой. Ведь зачем идти против совести? Часто человек пытается оттолкнуть голос совести такими словами: «ну чем я могу помочь?» Но если искренно захотеть, но окажется, что есть чем. Да даже остановиться и помолиться о человеке — чем не помощь? Даже так. А сколько было случаев, когда лежит человек, мимо которого брезгливо проходят, думая, что пьяный, а тому просто с сердцем плохо? Так что… так что слушайте свою совесть, — по видимости, она является Вам неплохим подсказчиком. Помоги Вам Бог оставаться человеком в это страшное время.

C взаимной любовью во Христе, о. Димитрий.

О православности старообрядцев я бы сказал так: они — православные раскольники. Догматически мы держимся одной веры — православной, а в обряде различаемся.

О дедушке. Как он может принимать участие в таинствах Церкви, которую отвергает?! Это, по меньшей мере, странно.

О записках. Самый главный богослужебный критерий — это евхаристическое общение. Если его нет (а со старообрядцами оно у нас в целом не восстановлено), то молитвы на службе будут и странными, и даже лживыми. О каком «единомыслием исповемы» можно говорить, когда единомыслия нет? Поэтому речь не идет о том, что мы гнушаемся молиться о старообрядцах или католиках, протестантах. Просто это не логично, если вдуматься в контекст произносимых молитв. Мы молимся на Литургии об оглашенных, т.е. о некрещенных, однако это те некрещенные, которые собираются стать членами именно нашей Церкви, а не некиими христианами «вообще» — будь то католики, протестанты или старообрядцы.

Поэтому я бы советовал молиться о дедушке «келейно», т. е. дома, — молиться и о том, чтобы он обрел уважение к той Церкви, членами которой мы с Вами являемся. Да поможет ему в этом Бог!

В принципе, наименование «Господь» может быть приложимо как Одному из Лиц Пресвятой Троицы, так и ко всей Троице. Если говорить о литургическом контексте, то большинство молитв Евхаристии адресовано Богу-Отцу.

Касательно фразы «Свят, Свят, Свят Господь Саваоф» могу сказать следующее. Она взята из книги пророка Исаии (6:3). Эту фразу предваряет следующее пояснение пророка: «видел я Господа, сидящего на престоле высоком и превознесенном, и края риз Его наполняли весь храм. Вокруг Него стояли Серафимы» (Ис. 6:1—2) В Ветхом Завете троичность Бога не была выявлена очевидно, поэтому речь об Одном из Лиц Троицы вести сложно. Толкователи этого места нередко усматривают в троекратном повторении восклицания «Свят!» усматривают именно то, что хвала относится ко всей Пресвятой Троице.

А молитвы во время богослужения (особенно Литургии) — это сложный и больной (по крайней мере, для меня) вопрос. Пытаясь его как-то разрешить, мы уже второй год по воскресениям его обсуждаем на беседах о Божественной Литургии. Так что на эту тему можно говорить очень много, потому что она затрагивает попутно множество других вопросов. Поэтому отвечу так: хор, в общем-то, воспроизводит примерно то, что в древности говорил весь народ, однако и священник в целом молится от лица народа. Все это можно назвать единой цельной молитвой. Точнее — ДОЛЖНО ТАКОВОЙ БЫТЬ…

Спасибо за предложенную библиотеку. Это предложение вполне возможно, но его, наверное, корректней обсудить с нашим вэб-мастером (однако, по крайней мере, нужен Ваш e-mail). И спасибо за интересный вопрос: всегда радостно получать подобного рода вопросы, даже если бывает не так просто на них ответить.

Похожий вопрос не так давно был задан (ответ на него можно посмотреть здесь), поэтому буду краток.

Обреченности нет по отношению к любому греху, всегда есть шанс на покаяние и исправление. Распятый со Христом разбойник покаялся перед самой своей кончиной и был прощен. Однако здесь кроется опасный соблазн, на который многие попались. Часто можно услышать: сейчас погрешу, а потом покаюсь — и Бог все простит. Это заблуждение, потому что тот, кто так рассуждает, потом по-настоящему покаяться оказывается не в состоянии, даже если его не настигает внезапная смерть, — я тому свидетель: человек вроде бы хочет, пытается, но не может. Поэтому прощение, повторяю, возможно, только не надо откладывать «на завтра», а то завтра может быть поздно.

И ведь дело не в том, что «Бог обидится», поэтому не простит. Дело в том, что вы сами грешите на свой брак, поэтому если и будете расплачиваться, то не из-за «обидчивого Бога», а за собственные ошибки.
Ну и, мне кажется, лучше зарегистрироваться хоть в пост, хоть в Великую Субботу, хоть на Пасху (в Пасху также не венчают), нежели продолжать жить в блуде, которым по существу является так называемый «гражданский брак».

Вопрос об иконе Божией Матери «Неувядаемы Цвет» как-то уже был задан (ответ на него можно посмотреть здесь. Что же касается конкретного местонахождения этой иконы в Москве, мне сложно ответить, потому что нахожусь в Петербурге. Могу сказать только то, что по моим сведениям икона «Неувядаемый Цвет» обретается среди особо почитаемых в Ильинском храме, который называется «Обыденным» (где-то напротив храма Христа-Спасителя, через  р. Москву). Также в пос. Рублево (это район Москвы) находится храм в честь иконы Божией Матери «Неувядаемый Цвет», а значит, в этом храме должна быть соответствующая икона. Если сведения мои верны, просьба сообщить, чтобы я был точно уверен.

P.S. Дополнительную информацию можно посмотреть здесь.

Дорогая Анна!

Я готов подписаться практически под каждым Вашим словом, потому что то, о чем Вы говорите, — и моя боль. Больно и страшно видеть, когда явно антихристианские умозрения обряжаются в христианские одежды. Больно, когда люди не понимают казалось бы простых вещей. Казалось бы, все так просто, сказано же: ЛЮБИТЕ Бога, ЛЮБИТЕ друг друга, ЛЮБИТЕ врагов ваших, причем последнее даже подчеркивается в Евангелие как
черта, присущая именно христианской любви, — но нет… Увы, это так. Причем это даже не признак современного времени. Это было и в стародавние времена.

Помню, покойный Лев Гумилев на одной из своих лекций по этногенезу говорил о субпассионариях. Он их называл так: «шобла». И вот эта, с позволения сказать, шобла сначала убивала христиан во имя языческих богов, а потом, когда христианство стала господствущей религией, они быстренько покрестились и — убивали языческих философов (в том числе растерзали и философа-женщину) во имя Христа. Что о них можно сказать? — «Они вышли от нас, но не были наши». У нас, увы, богатая почва для таких семян — 70 лет безбожия (а по сути — язычества), когда воспитывалась именно ненависть.

Но Вы правы — надо что-то делать. Что же? Как Вы пишите, «срочно создавать ПРАВОСЛАВНЫЕ правозащитные организации»? Конечно, можно. Но ведь Вы же сами говорите, что уже ЕСТЬ православные организации, православные партии, от православности которых Вы приходите в ужас! Мне думается, если СРОЧНО, то начинать надо не с этого, потому что за «православной ксенофобией» и другими проявлениями «христианского антихристианства» часто стоят люди, искренне думающие, что служат Христу. Начинать надо с прописных христианских истин, которые преподобный Серафим Саровский сформулировал так: «спасись сам (=стяжи дух мирен) — и тысячи спасутся вокруг тебя».

Вот я Вам, Анна, предлагаю начать с этого. А чтобы Вам это не показалось слишком простым и понятным предлагаю следующее. Вы ужасаетесь людям, которые являют АНТИ-христианский дух, т.е., можно сказать, враждуют на дух христианский, являются врагами духа Христова. А вот теперь попробуйте сами искренейшим образом полюбить их и быть готовой за них отдать свою жизнь, как заповедал Христос (Лк. 6:35), как сделал Он Сам. Если у Вас получится, то я от души возблагодарю Бога за Ваше всецелое следование за Христом. Однако, на основании Вашего письма, я в этом сомневаюсь. Но все равно вижу здесь весьма полезную для Вас (как и для других) вещь: хотя ТАК ВОИСТИННУ ПО-ХРИСТИАНСКИ Вы (или кто-то с подобной болью) полюбить их, может, не в состоянии или сделать это, может, весьма и весьма тяжело, зато легче будет их понять — они же тоже не в состоянии полюбить тех, кого они считают врагами.

Это не проповедь какого-нибудь толстовства, не проповедь «непротивления злу». Это желание научиться бороться по-христиански.

Поэтому не в скорейшем создании неких православных организаций я вижу спасительную дорожку (кстати, я, в общем-то, совсем не противник их создания), а в скорейшем исправлении себя — Вас, Анна, меня и других, кто хочет действительно жить по любви Христовой. А в том-то и дело, что мы спешим исправить всех и вся, спешим так, что на себя времени не остается, а потому-то часто и получается, что нашими благими намерениями дорога в ад бывает вымощена…

Помоги нам всем Бог познать любовь Христову, как преподобный Серафим Саровский и другие святые, тогда, поборов ксенофобию и прочие подобные духовные недуги внутри себя, мы сможем помочь и другим.

P.S. Ну а то, что Церковь все-таки не молчит, — это видно даже из Вашего же письма. Другой вопрос, что есть такой совет: «поспешай медленно», а то в спешке можно такого наворотить, что проблему не решишь, а только преумножишь.

Наличие музыкального образования далеко не самое важное для поступления в семинарию. Я знаю, что поступают и те, кому, как говорится, «медведь на ухо наступил». Так что, мне кажется, вы в том направлении думаете.

Что касается «прибавки», то в богослужебном языке она называется «возгласом», т. е. возглашением, которое произносит на службе священник, и звучит возглас так: «Яко Твое есть Царство, и сила, и слава Отца и Сына, и Святаго Духа, ныне и присно, и во веки веков». Так как для церковного человека это возглашение прочно ассоциируется со священником, то традиционно миряне его не произносят, хотя по одному из мнений дома («келейно») мирянин произносить его может.

По поводу того, можно ли молиться по-русски, опять-таки, есть два пути, два мнения: более традиционное — русскому человеку пристало молиться принципиально на церковно-славянском языке, более либеральное — на современном русском языке вполне можно молиться.

Лично я бы ответил так. Молиться хорошо на понятном тебе языке, потому что сложно кому-либо что-либо серьезно сказать, не понимая сказанного. Однако, несмотря на то, что эта фраза провоцирует, казалось бы, больше молитву на современном языке, выбрал бы церковно-славянский, потому что он слишком глубок, объемен, поэтичен и еще слишком много в чем превосходит современный русский язык. Я бы потрудился и сделал так, чтобы церковно-славянский был языком не чужым, — мне кажется, для хвалы Бога он гораздо более подходящ.

Не возьмусь определенно ответить на этот вопрос — для этого необходимо знать более подробно обстоятельства этой «потери душевного равновесия». Единственно, что точно могу сказать — это то, что ответственность лежит, — лежит на Вас, как и на всяком, кто подходит к этому таинству. И еще раз напомню, что соборование предполагается совершать над тяжело больным человеком; были ли Вы таким человеком (в виду «душевной потери») — не знаю.

Соборование — наболевший вопрос Великого поста. Каждый год у нас масса желающих пособороваться, причем большинство соборуются «по традиции», «на всякий случай» и т.п. Эти массовые соборования — порочная практика современного времени. В древности так не было. Соборовали лишь действительно тяжело больных (но не значит обязательно смертельно больных, как сейчас, насколько я знаю, у католиков). Сейчас же прибегают к этому великому таинству как к таблетке, как к некоему профилактическому лечению, совсем не понимая той ответственности, которую налагает на человека это таинство. А потом недоумевают, почему «лечение неэффективно». Кто-то же пытается «под шумок» снять забытые грехи, опять-таки совершенно не понимая, КАКИМ ДОЛЖЕН БЫТЬ человек, которому Бог действительно может простить многое. В итоге — примитивизация таинства соборования и, я бы сказал, кощунственно-превратное отношение к нему.

Так что каждый год собороваться абсолютно не обязательно. Дело даже не в году и не в Великом посте, а в надобности для конкретного человека. Все-таки есть разница между простудой и, скажем, раковой опухолью, между «общим недомоганием» и прикованностью к постели. Кстати, если внимательно послушать молитвы на соборовании, то услышишь, что речь идет о тех, кто «на одре немоствуяй лежит» и о им подобным, а не о тех, у кого «что-то колит», «побаливает» или просто «старость» и «разные болячки».

Да и соборовали не массово, а индивидуально, скорее приходя к больному человеку, потому что он не в состоянии прийти сам, причем приходило 7 священников (отсюда и название — «соборование», т. е. исполнение собором священников). Сейчас же получается все наоборот: священник один (ну, два, три), а желающих собороваться — несть им числа.

Здесь я еще вижу тот факт, что люди не ценят таинство таинств — Причастие. Вот к нему всегда старались прибегать в 1-ую очередь. Увы, часто именно от того, что не ценим это Сокровище, «многие из вас немощны и больны и немало умирает», как предупреждал еще ап. Павел.

Поэтому если у Вас нет какой-либо лютой болезни, то Вас собороваться совсем не надо. Помоги Вам Бог быть прежде всего здоровой душой — это главное.